Встреча с гением

(Сальвадор Дали)

Salvador Dali Salvador Dali

Мы едем на встречу с гением прошлого столетия – выдающимся испанским живописцем, графиком, скульптором, режиссёром, писателем, королем сюрреализма Сальвадором Дали. Наш путь из Барселоны в Фиге́рас, столицу каталонского округа Альт-Эмпорда провинции Жирона, пролегает по живописной местности. Это излюбленные места Дали, которые он исходил, и много рисовал с детства.

За окном автобуса мелькают его родные края. Здесь, в небольшом и ничем не примечательном курортном городке Фиге́рас 11 мая 1904 года в доме № 20 по улице Монтуриол родился мальчик. Его родители были достаточно состоятельными и происходили из древних и уважаемых каталонских родов. Отец дон Сальвадор Дали-и-Куси был нотариусом, а мать донья Фелипа Дом Доменеч занималась домом и семьей.

Мальчика, как и отца, назвали Сальвадором, что по-испански означает «Спаситель». Полное имя – Сальвадор Фелипе Хасинто. Но только в пятилетнем возрасте Сальвадор узнал, что его назвали в честь умершего в двухлетнем возрасте от менингита старшего брата.

В 1908 году в семье Дали родилась девочка, Анна Мария. Она стала для Сальвадора одним из немногих друзей детства, пожалуй, самым лучшим и преданным. Когда скончалась их мать, сестра опекала старшего брата. Она старалась заменить мать совершенно бесшабашному и непрактичному в жизни Сальвадору. Впоследствии Анна много помогала ему в живописи, позируя для его работ. Долгое время она была единственной женской моделью, которую художник изобразил в своих ранних картинах. Их отношения испортились на всю оставшуюся жизнь с момента, когда появилась новая божественная муза – Гала.

С ранних лет Сальвадора преследовала мистика. Тот факт, что он является как бы реинкарнацией ушедшего из жизни брата, произвел на мальчика тяжелое впечатление и в дальнейшем вызывал постоянное беспокойство. А какие еще чувства могло породить признание родителей, сделанное пятилетнему мальчику на могиле его умершего брата? Смятение, непосильное чувство ответственности за необходимость продолжить древний род, мистическое чувство родства с ушедшим братом, «деление одной жизни на двоих»…В своей автобиографии «Тайная жизнь Сальвадора Дали, написанная им самим» сказано, что они «...были похожи с братом как две капли воды: та же печать гениальности, то же выражение беспричинной тревоги. … Различались некоторыми психологическими чертами. Да еще взгляд у него был другой – как бы окутанный меланхолией, «неодолимой» задумчивостью».

Может, кроме беспокойства, это сообщение вызвало у маленького мальчика чувство протеста и желание избавиться от уготованной ему родителями участи? Может, это дало толчок развитию протестных и противоречивых настроений, устремлений, идей, нарушило в его сознании равновесие между моралью и аморальностью, между «можно» и «нельзя»?

Сейчас трудно об этом судить, но неоспоримым фактом является то, что маленький Сальвадор был достаточно сообразительным, но неуправляемым и капризным ребенком. Родители его очень любили, а мать всячески баловала и потакала любым его требованиям. Доходило до абсурда. Однажды она не смогла успокоить сына во время прогулки. Он капризничал, кричал, плакал и требовал, чтобы мать дала ему леденец. Несмотря на сиесту, на торговой площади собралась толпа зевак, а ребенок вел себя все несноснее. Мать не знала, как его успокоить. Тогда подошел полицейский и попросил хозяина открыть лавку сладостей и подарить мальчику то, что он так настойчиво требовал. Примерно таким образом – скандалами, капризами и симуляцией – он пытался привлечь к себе внимание, настоять на своем, и почти всегда добивался желаемого.

В своей биографии Дали писал, что именно он царил и повелевал в доме. Для него не было ничего невозможного. Отец и мать разве что не молились на сына. Однажды он получил в подарок великолепный костюм короля с накидкой, подбитой настоящим горностаем, и корону из золота и драгоценных камней. Одев его, Сальвадор ощутил еще большее желание повелевать и властвовать. Несмотря на маскарадность костюма, мальчик воспринимал его как символ и подтверждение своей избранности. Уже в шесть лет маленького Сальвадора привлек образ Наполеона, и это еще больше усилило его потребность во власти над другими.

В школе Дали учился очень плохо, был неусидчив, невнимателен и вел себя вызывающе, как балованный ребенок. Он не мог установить контакт со своими сверстниками, не имел преданных школьных друзей. Его попытки завести дружбу, приобрести авторитет среди школьников заканчивались плачевно. Одноклассники называли его «странным» ребёнком и часто третировали. Они узнали о его многочисленных страхах, например, страхе перед кузнечиками, и подкладывали ему этих насекомых в одежду. Сальвадор срывался, с ним случались истерики. Поэтому он предпочитал «носить» защитную маску непослушного ребёнка, которого не волнует чье-то мнение, и который волен поступать, как ему заблагорассудится. Это толкало его на новые безрассудства, например, беспричинные драки со сверстниками. Можно сказать, что школьные годы юного Дали были безрадостными, лишенными дружбы и человеческого тепла.

Landscape Near Figueras Landscape Near Figueras

Утешение он находил в рисовании, способности к которому у него проявились в очень юном возрасте. Еще в четыре года он с большим старанием, которое не проявлял ни в чем другом, пытался рисовать. Первой картиной десятилетнего Сальвадора стал небольшой пейзаж, написанный масляными красками на деревянной доске. Манерой исполнения он напоминал пейзажи импрессионистов. Дали все свое свободное время проводил в тесной комнате и рисовал картины. Он добился, чтобы ему отдали заброшенную прачечную, которая последнее время служила кладовой. Посредине комнаты стояла цементная лохань, которая и занимала ее почти целиком. Позже он описывал, что внутрь лохани поставил стул, а на него положил горизонтально доску, которая заменяла рабочий стол. Когда было очень жарко, Дали раздевался и открывал кран, наполняя лохань. Вода доходила ему до пояса. Она грелась на солнце в резервуаре, и всегда была теплой, что нравилось мальчику.

Юный художник очень любил рисовать пейзажи. Его вдохновляли разнообразные окрестности Фигераса и Кадакеса, буйные фантазии пробуждали руины древнеримского города поблизости селения Ампуриуса. Куда бы позже не забрасывала его судьба, он всегда любил родные места, и оставался преданным патриотом Каталонии.

Не удивительно, что уже в младшем школьном возрасте родители не сомневались в способности Сальвадора к рисованию. С 1914 по 1918 год он учится рисовать сначала в муниципальной художественной школе, где преподавал его первый учитель рисования – местный художник Рамон Пичот, а затем воспитывался в Академии братьев ордена маристов в своем родном городе. Здесь он уже сумел обрести друзей, одним их которых был будущий футболист футбольного клуба «Барселона» Хосеп Самитьер. Юный художник был особенно впечатлен поездкой в город Кадакéс, состоявшейся во время школьных каникул в 1916 году. Туда он отправился с семьей своего учителя. Благодаря ему, Сальвадор посетил художественный музей, где познакомился с современным искусством и его основными направлениями.

Его активная творческая натура побуждала к поиску собственного стиля в живописи. Но нужно было постичь технику других мастеров, и он осваивал все стили, которые его привлекали: импрессионизм, кубизм, пуантилизм. Вспоминая раннюю юность, Сальвадор Дали напишет о себе (он часто писал о себе, как о третьем лице): «Он рисовал страстно и жадно, как одержимый». В его работах этого периода ощущалось влияние таких мастеров, как Рембрандт, Вермер, Караваджо, Сезанн. Но в картинах уже начинают проступать сюрреалистические черты, отображающие его причудливый внутренний мир.


В 1918 году, когда юноше исполнилось 14 лет, в родном Фигерасе состоялась первая выставка его художественных работ. Основу коллекции составили пейзажи с живописными окрестностями города. Выставка была коллективной, она содержала также картины молодых художников Жозепа Бонатерры Граса и Жозепа Монтурьоле Пучема, и проходила в муниципальном театре Фигераса. Это было именно то здание, которое стало впоследствии всемирно известным театром-музеем Сальвадора Дали.

Когда ему исполнилось шестнадцать лет, Сальвадор впервые доверил свои мысли бумаге. И занятие литературой его увлекло почти так же, как и живопись, стало неотъемлемой частью творческой жизни. Знакомясь с жизнью и творчеством знаменитых художников, он в 1919 году в самодельном издании «Студиум» публикует очерки о Веласкесе, Гойе, Эль Греко, Микеланджело и Леонардо да Винчи.

В 1921 году Дали пережил трагедию, связанную со смертью матери. Она умерла на 47 году жизни от рака груди. Еще не оправившись от страшного горя, он покидает родной город, и поступает в Академию Сан-Фернандо – Академию изобразительных искусств в Мадриде. Отныне его пути на многие десятилетия пролегают мимо любимого Фигераса. На этих жизненных дорогах он повстречал много интересных людей, реализовал свои многочисленные таланты, достиг мастерства и признания.

В студенческие годы Дали знакомится с молодыми, активными будущими светилами испанской и мировой культуры: кинорежиссером Луисом Бунюэлем, поэтом и драматургом, музыкантом и художником-графиком Федерико Гарсиа Лоркой, Педро Гарфиасом. С 1923 года он экспериментирует с кубизмом и дадаизмом, а в 1926 году он вместе с тетей и сестрой впервые едет в Париж, где знакомится с непревзойденным мастером кубизма Пабло Пикассо. Эта волнительная встреча навсегда запомнилась молодому художнику. В это время он продолжает создавать картины, в которых просматривается влияние Пикассо и каталонского художника, скульптора и графика Жоа́на Миро́-и-Ферра́, работавшего в стиле абстракционизма.

В том же 1926 году, несмотря на успехи в живописи, его выгоняют из Академии. И хотя ему удалось на непродолжительное время вернуться к занятиям, вскоре последовало окончательное исключение. Причина – неподобающее поведение Дали и неуважительное отношение к преподавателям.

Gala Gala

1929 год стал определяющим в творческой и личной жизни Сальвадора Дали. Первое значимое событие – встреча с Гала Элюар (Еленой Дмитриевной Дьяконовой, в то время женой поэта Поля Элюара). Она с мужем приехала в Кадакес, где жил художник. Гала стала его вдохновительницей и музой на все времена, единственной женской моделью, финансовым менеджером, помощницей, любовницей, а с 1932 года – женой Сальвадора. Она спасла Дали от серьезного психического кризиса, в котором тот пребывал, а он создал божественный культ Гала, живой миф, художественную икону.

Вторым важным событием стало присоединение Дали к группе сюрреалистов, организованной Андре Бретоном. К тому времени молодой художник уже был достаточно известным. Состоялась его первая персональная выставка в Барселоне, другие выставки, на которых работы Дали пользовались популярностью. Его прекрасная картина «Корзинка с хлебом», нарисованная в реалистическом стиле (одна среди немногих!), демонстрировалась на Международной Выставке Карнеги в Питтсбурге, Пенсильвания (США). Но еще во времена обучения в Академии художеств Дали начал знакомиться с сюрреалистической теорией, которая немного позже нашла отражение в его работах второй половины 30-х годов.

В январе 1929 года его друг по Академии Сан-Фернандо Луис Бюнюэль, предложил вместе создать сценарий к фильму «Андалузский пес». Это насмешливое прозвище было равнозначно словам «слюнтяй», «размазня», «недотепа», «маменькин сынок», которыми мадридская молодежь пренебрежительно называла выходцев с юга Испании. Сейчас этот короткий фильм считается классикой сюрреализма. Его задачей было шокировать публику, подразнить буржуазную мораль и высмеять крайности авангарда, что авторы с успехом и осуществили.

The Persistence of Memory The Persistence of Memory

Если на художественном поприще у Дали были успехи, то в личной жизни все было не так безоблачно. Гала жила с Дали, но официально оставалась женой Поля Элюара, встречалась с ним, а также имела интимные отношения с другими мужчинами. Семья Сальвадора Дали ее отвергла, что привело к конфликтам, скандалам, а затем к разрыву с отцом. Неподобающее поведение самого Дали, о котором он впоследствии сожалел, усугубило этот разрыв. Тяжело переживая отказ отца от дома, мучимый угрызениями совести, он обстриг волосы и похоронил их. Будучи в зрелом возрасте, Дали хорошо отзывается об отце в своем «Дневнике одного гения», заявляет, что все время знал, как тот сильно любил его, страдал и терпел сыновни выходки.

Дали и Гала жили в небольшом домике в рыбацкой деревне в Порт-Льигат. Дали много рисовал, чтобы заработать деньги. Несмотря на известность, он был беден. Здесь были написаны многие сюрреалистические картины, в частности, «Постоянство памяти» (1931 г.) с «мягкими» часами, которая стала символом относительности времени.

Construcción blanda con judías hervidas Construcción blanda con judías hervidas

В 1934 году он вступает в гражданский брак с Гала, и в этом же году впервые они едут в США. Гражданская война, начавшаяся в Испании в июле 1936 года, вынудила их быть изгнанниками. Но тревога за судьбу страны и его гениальная интуиция побудили к созданию трагической и ужасающей картины «Предчувствие гражданской войны», законченной за 6 месяцев до ее начала.

В этом же году Дали порывает с сюрреалистами, которые исповедовали левые взгляды. Он не разделял этой позиции, и его политические предпочтения (монархистские взгляды, увлеченность Гитлером) столь же претенциозны, как и несерьезны, поскольку Дали был практически аполитичен. Он исповедовал сюрреализм без каких-либо ограничений, опровергая принцип психического автоматизма, предложенный идеологом сюрреализма Бретоном. Он выдвинул собственные идеи, основанные на самопроизвольном творческом акте, не поддающегося контролю разума. Дали именует этот метод «параноидально-критическая деятельность». А на его изгнание из группы он ответил знаменитой фразой: «Сюрреализм – это я». Но окончательный разрыв с сюрреалистами произошел лишь в 1939 году, хотя в мировой культуре сам Дали остался как ярчайший представитель этого направления.

В 1937 году Дали с Гала посещает Италию, где с восторгом и восхищением знакомится с работами художников эпохи Возрождения. Под их влиянием в произведениях Дали сквозь сюрреалистические сюжеты прорываются черты академизма, что особенно заметно в соблюдении человеческих пропорций. В 1938 году под влиянием увиденного он пишет «Африканские впечатления».

Военные и послевоенные годы Дали вместе с Гала прожили в США (1940 - 1948 годы). Здесь он успешно реализует и выгодно продает свои картины и литературные произведения, сотрудничает с Уолтом Диснеем, с режиссером Альфредом Хичкоком. Его работоспособность и многогранность не знает границ: он работает как художник, писатель, ювелир, дизайнер, фоторепортер, иллюстратор, декоратор, оформитель витрин. Потрясенный взрывами атомных бомб в Японии, он по новому стал вглядываться в мир, что отразилось в серии картин, посвященных атому («Расщепление атома», 1947 г. и др.).

Но после возвращения в родную Каталонию Дали обращается к религиозно-фантастической тематике. В предчувствии холодной войны он разрабатывает теорию «атомарного искусства», цель которой – показать человечеству, что духовное бытие вечно, даже если исчезнет материальный мир (картина «Взрывающаяся голова Рафаэля», 1951 г.). Его новая теория увидела свет в «Мистическом манифесте», опубликованном художником. Очередные «идейные» периоды быстро мелькают в жизни Дали. «Почти божественный строгий период носорожьего рога» (картина «Носорогообразная фигура Илисса Фидия», 1954 г. и др.) сменился периодом увлечения идеями теории относительности (картина «Дезинтеграции постоянства памяти»,1952-1954 гг.). Но его международная известность, основанная на яркости личности, его чутье общественного вкуса – все это год от года возрастает. Этому, как и его коммерческим успехам, не мешают ни экстравагантность поведения Дали, ни его шокирующие выходки перед публикой. Его картины продавались за большие деньги, и многие богачи считали престижным иметь в коллекции работы Сальвадора Дали.

В 1965 году он покорил Париж своими картинами, короткометражными фильмами в стиле арт-хауса, сюрреалистическими фотографиями и эпатажными поступками. Даже в рекламах он использовал возможности для самовыражения. Многие долго помнили рекламу шоколада, в которой эйфорический восторг от вкуса шоколада проявляется с такой силой, что у художника самопроизвольно закручиваются усы.

К этому времени отношения с женой все больше осложнялись. Гала, как сильная и решительная женщина, которая следила и ходила за самим художником, его мастерской, финансами, советовала и поддерживала в творчестве, очень была нужна Дали. Но она постоянно имела отношения с другими мужчинами, что приводило к ссорам. Любовь Дали была сродни дикой страсти, а любви Гала не чужд был расчет, основанный на возможности находиться рядом с гением.

Booking.com

В 1965 году Дали познакомился с Амандой Лир, будущей поп-звездой. В то время она была еще ученицей художественного колледжа и подрабатывала моделью. Дали влюбился и последующие восемь лет не расставался со своей новой девятнадцатилетней музой. Гала была не против их тесной дружбы, но она знала, что от нее Дали не уйдет никогда. Тем более, что любовь Сальвадора к Аманде была чисто платонической, он наслаждался только созерцанием красоты девушки. Правда, когда она решила сделать собственную карьеру, их нежным отношениям пришел конец. Отношения с Дали прекратились, а Гала не хотела видеть ее никогда, не простив ей обмана. Гала попросила Аманду после своей смерти выйти замуж за Дали и заботиться о нем, в чем та поклялась. А через год Аманда удачно вышла замуж за аристократа и ее карьера актрисы успешно развивалась.

В 1968 году Дали купил для Гала замок Пуболь. Она здесь жила без мужа, принимая молодых любовников, одаривая их деньгами, картинами Дали, домами, студиями, машинами. Сам художник мог посещать замок лишь по письменному разрешению супруги. Поэтому Дали спасался от одиночества в обществе молодых красивых женщин. На публике он играл, делая вид, что у него любовные отношения с очередной пассией. Но эти женщины олицетворяли для него лишь визуальную красоту, которой он любовался. В его душе безраздельно царила только одна женщина – Гала.

С 1970 года здоровье Дали пошатнулось, он стал предаваться мыслям о смерти и бессмертии. В последнее он верил свято и искал новые технологические пути сохранения жизни или своего нового рождения. Но от этих грустных мыслей Дали отвлек самый грандиозный его проект – создание Театра-музея. Его реализация растянулась на многие годы, и художнику много пришлось придумать и от многих идей отказаться.

Начало положила его беседа с мэром города Фигераса Рамоном Гуардьоле, состоявшаяся в мае 1961 года. Речь шла о желании создать необычный музей в здании старого городского театра, где в 1918 года впервые были выставлены работы юного Дали. Театр был построен еще в 1849 году архитектором Жозепом Рока-и-Бросом. Но Гражданская война 1936 года не пожалела этого культурного центра, превратила его в развалины, а в феврале 1939 года сохранившиеся руины подожгли солдаты национальной гвардии. Дали заинтересовал обгорелый скелет бывшего театра, особенно после того, как он осмотрел его вместе с художником Жоакима Бека де Кареда. Его поразила конструкция постройки и устойчивость остатков кирпичной кладки. Сначала он предложил реконструировать это здание для проведения музыкальных спектаклей. Однако, предложение не нашло поддержки, и вскоре у Дали созрел план создания собственного музейного комплекса.

К сожалению, до начала внедрения проекта в жизнь прошло почти 10 лет. Главное управление изящных искусств в Мадриде не устраивала необычная концепция музея, по которой Дали собирался заполнить его репродукциями картин, а не оригиналами. Он доказывал: «Музей никого не разочарует. У фотографий есть одно преимущество: они лучше оригинальных работ. Люди еще успеют разочароваться, когда увидят оригиналы». Но финансы на создание музея не выделялись, пока Дали не уступил. 13 октября 1970 года работы по реконструкции здания театра были начаты. Создавался он не одно десятилетие, пополняясь все новыми зданиями и постройками. Этот грандиозный проект оказался самым затратным: он поглотил почти все личные сбережения Дали, правительственные субсидии и многочисленные пожертвования горожан и друзей. И хотя художник тратил много сил и времени на разработку и контроль за каждым участком работ, его воодушевляла и поддерживала идея создания единого ансамбля своих творений.

Construcción blanda con judías hervidas Construcción blanda con judías hervidas

…И вот мы перед музеем Дали, своеобразным «лабиринтом сюрреализма». Площадь перед фасадом музея называется площадью Гала-Сальвадор Дали. Здесь все необычно. Сальвадор Дали, приступая к его созданию, говорил: «Я хочу, чтобы мой музей был единым блоком, лабиринтом, огромным сюрреалистическим предметом. Это будет абсолютно театральный музей. Приходящие сюда будут уходить с ощущением, будто им привиделся театральный сон». И он успешно реализовал это пожелание.

На площади перед музеем находится скульптурная композиция, изображающая известного каталонского философа Франсиска Пужольса, которого очень уважал Дали, как одного с гениев, приоткрывшего путь в подсознательное. На ней начертаны слова гения: «Каталонская мысль всегда рождается заново и живет в своих простодушных могильщиках». Тело философу заменяет покрученный ствол столетнего оливкового дерева, его мраморный бюст с небольшой бронзовой головой похож на друга художника Пепито Пичота. Этот бюст помещен на голову другого выдающегося мыслителя – Гомера, а на заднем плане композиции находится фигура в белой римской тоге с золотым яйцом-головой, которая в позе «Мыслителя» Родена опирается на руку. В ней, как предполагают, Дали изобразил себя. В такой композиции самое место символу науки – справа помещен атом водорода – как элемент восприятия художником целостности мира.

Театр-Музей стал не только жемчужиной города Фигераса, но и символом поп-арта, приобретя всемирную известность. Его по праву называют музейным комплексом, объединяющим три своеобразных, как бы обособленных, но составляющих единое целое, объекта: собственно музей, занимающий территорию бывшего театра, башню Гала и выставочный центр с драгоценностями, созданными по эскизам Дали. И везде посетителей сопровождает мистификация, мистицизм, иллюзорность, необычность. Это просматривается в архитектурной мистификации здания бывшего театра: снаружи музей кажется трехэтажным, но если войти внутрь, он окажется пятиэтажным. Художник достиг этого эффекта, сделав первый этаж музея многоуровневым.

Dome Dome

Но особое внимание Дали уделил второй мистической достопримечательности – сферическому куполу над сценой музея, который он назвал «геодезическим». По примеру обожаемого им гения Возрождения Микеланджело, спроектировавшего купол собора Святого Петра в Ватикане, он задумал свой купол как самый значимый элемент музея. Об этом он написал как романтик: «Представляется очевидным то, что есть другие миры, в этом нет сомнений; но, как я уже неоднократно говорил, эти другие миры заключены в нашем, они существуют на земле, и именно в центре купола музея Дали находится совершенно новый, неожиданный и чарующий мир сюрреализма». По форме купол – это прозрачная сфера из стекла и стали, уникальная архитектурно-техническая конструкция, напоминающая строение глаза мухи. Мастерам удалось создать игру зеркальных отражений, что, по мнению Дали, представляет символ единства и монархии. Купол сооружен по проекту и под руководством Эмилио Переса Пиньейро в 1973 году. Он возвышается не только над сценой бывшего театра, но стал символом города Фигераса, известным всему миру.

В октябре 1983 года театр пополнился новыми сооружениями: были присоединены соседний дом Горгот с башней, которую Дали назвал в честь обожаемой Гала – «башня Галатея». Она содержит галерею залов, в которых представлены поздние работы Дали. Среди экспонатов также много творений, приобретенных музеем после смерти художника. В этой башне царит госпожа Иллюзия, с которой он был так дружен. Она удивляет народ, привлекая то к стереоскопическим работам, то к анаморфическим, то к тем, что полны разнообразных проявлений оптического монтажа.

Вместе с этим ансамблем к музею примкнула и часть средневековых стен города. В конце жизни именно башня Галатея стала последним пристанищем художника. Здесь он был похоронен со всеми почестями 25 января 1989 года. Исполнилось последнее желание художника – навсегда раствориться в своем последнем творении.


В 1984 году стены присоединенной части музея выкрасили в бордовый цвет и начали покрывать позолоченными буханками крестьянского хлеба. Дали преклонялся перед хлебом: «Хлеб стал одним из давних предметов фетишизма и навязчивых идей в моих произведениях, это номер один, которому я был более всего верен». Впервые хлеб появился в середине 50-х годов прошлого века на доме художника в Кадакесе, но в архитектуре ритмическое повторение одинаковых предметов в оформлении внешнего вида зданий далеко не ново.

Наши взоры привлекают несколько гигантских яиц – «Шалтай-Болтаи», которыми украшена башня Галатея и древние стены города, составляющие теперь единый комплекс музея. Этот выбор также символичен: для художника они олицетворяют не только пищу, но и рождение нового, рождение жизни. Он неоднократно использовал этот прием не только в картинах, скульптурах, но и других творческих работах.

Другое здание, примыкающее к башне Галатея, было приобретено фондом «Гала-Сальвадор Дали» уже после смерти художника. Его переоборудовали в музейный зал, в котором с 2001 года демонстрируется комплекс «Дали-драгоценности».

… Итак, мы перед входом в музей. Еще на ступеньках центрального входа мы начинаем удивляться: вот необычная скульптура Ньютона с продырявленной головой, а дальше на пьедестале из автомобильных шин восседает живописец Менсонье, величием и гением которого восхищался Дали.

The Great Esther The Great Esther

Интерьер музея столь же необычен, как и его внешний облик. Дали любил и умел удивлять. Сразу попадаем в бывший зрительный зал, превращенный художником в необычное пространство под открытым небом, в сад с сюрпризами и разными странностями. В центре, на кадиллаке, стоит любимая инсталляция работы австрийского скульптора Эрнста Фукса, которую Дали считал величайшим сюрреалистическим памятником в мире. Это фигура царицы Эсфири, или «Великая Эсфирь», с усилием тянущая на цепях колонну Траяна из автошин. Таким образом, Дали воздал дань римскому императору, родиной которого была античная Испания. Над ней парит лодка Гала, с которой свисают «капли»… Именно в ней муза художника «плыла» охотиться на молодых поклонников.

Всех привлекает композиция с черным кадиллаком – «Дождливое такси», созданная по случаю Всемирной выставки сюрреализма в Париже. Здесь сыграл свою роль господин случай. Однажды замерзший и промокший под дождем художник шел по Парижу, а мимо него проносились такси с довольными пассажирами. Это разозлило художника, и он решил: «Пусть дождь нещадно мочит всех в такси, а вокруг светит солнце и тепло». Что и было воплощено в этой инсталляции. Опустите в слот монетку, – на шофёра и манекенов, сидящих внутри авто, прольется настоящий дождь, а черный зонт, закрепленный сверху, с каждой монетой открывается и закрывается. Дождь производит сложная система труб внутри авто. Этому орошению также очень рады виноградные улитки, облюбовавшие кадиллак.

Интересно, что Дали утверждал, якобы производитель выпустил всего только 6 таких машин. Это по счету четвертая машина, и ее художник подарил Гала. Среди владельцев других таких кадиллаков – Рузвельт, Кларк Гейбл, Аль Капоне.

wall parter Pont Neuf

Наши взоры привлекают манекены, выставленные в оконных проемах бывшего партера и наверху главного входа. Они застыли в разных позах, что порождает массу вопросов. Кто они, зачем выставлены, что символизируют? Говорят, что они «притворяются» или жрецами из Древнего Египта, или разными вариантами премии Оскар, или другими персонажами. На самом деле все это – скульптуры божественной музы Сальвадора – Гала. Здесь можно разглядеть и другие сюрреалистические символы прошлого и современности: иероглифы на стенах из кирпичной кладки, скелеты животных в нишах, фонари и даже флуоресцентные умывальники. Что они значили для художника? … В том то и дело, что Дали хотел, чтобы каждый посетитель сам открывал для себя суть его произведений, имел собственный взгляд на его творчество. Поэтому он не желал, чтобы гиды проводили здесь экскурсии и знакомили с чьей-то трактовкой его находок.

Между этими фигурами расположился водолаз в скафандре. Этот примечательный костюм знаменит тем, что Дали появился в нем на открытии Всемирной выставки сюрреализма в Лондоне. Такое сюрреалистическое шествие могло иметь трагический конец, потому что художник стал задыхаться в скафандре. Это вовремя заметили и освободили Дали. Но в музее задача скафандра – напоминать, что посетители должны обязательно погружаться в глубины подсознания.

В стенах бывшего зрительного зала видны остатки обуглившихся балок. Художник пожелал, чтобы они хранили следы, по его мнению, очистительного пожара. Между центральными окнами располагаются четыре скульптурные группы фантасмагорических сущностей. Они составлены из множества неожиданных вещей: срубленных веток деревьев и пней, обломков горгулий из находящейся рядом церкви Святого Петра, китового остова, улиток, камней с мыса Креус из окрестностей Кадакеса, каменных рогов, раковин, старого блюда, найденного в городском парке, выдвижных ящиков от старой мебели мэрии Фигераса, которые для Дали олицетворяли частички подсознания, всегда прячущие массу информации. Эти инсталляции имеют индивидуальные особенности: сущность справа олицетворяет мужское начало, а расположенная слева – женское. Две боковые фантасмагории не имеют тел, но имеют руки, сложенные крестом. Когда в августе проходят вечерние посещения театра-музея, они становятся фонтанами, чтобы освежать зрителей, смотрящих видеофильмы, посвященные Дали.

Пройдя бывший зрительный зал, попадаем в залы музея. Следует помнить, что его главные отличительные черты – смелость и экстравагантность в композициях, объединяющих пространство, декорации, картины, скульптуры, мебель, машины и другие необычные предметы. Потолки и стены многих залов покрыты огромными рисунками. Здесь собрано более полутора тысяч работ величайшего сюрреалиста, а также произведения других авторов, которые были в коллекции Дали. Среди экспонатов – увеличенные копии его знаменитых картин, оригинальные работы мастера, скульптуры и инсталляции.

Abraham Lincoln Abraham Lincoln

Первый из залов – «Зал Рыбаков», который был сценой театра. От палящих лучей жаркого испанского солнца его охраняет геодезический купол. Здесь располагается несколько творений художника («Портрет Пикассо», «Мягкий портрет с ломтиком жареного бекона» и др.), но взоры особенно привлекает грандиозный шедевр – «Обнаженная Гала, смотрящая на море». Это картина-иллюзия, при создании которой еще в «нецифровую» эпоху Дали впервые в мире искусства использовал цифровой метод. На расстоянии 18 метров цветовые пятна, ломаные линии картины, вблизи определяющие женский силуэт, преображаются в портрет американского президента Авраама Линкольна. Дали в своем творчестве часто прибегал к методу двойного образа и развил эту, в общем-то, не новую идею. Вообще, работы, на которых изображена муза художника, заполнили этот музей. Последняя из них – «Три знаменитые загадки Гала» (1982 г.) была создана Дали за несколько недель до ее смерти. В это время у него уже начала прогрессировать болезнь Паркинсона, но он еще мог рисовать, творить.

Пространство сцены отведено огромному панно «Лабиринт» по мифу о Тесее и Ариадне. Сальвадор Дали написал эту работу маслом для серии Дягилевских балетов. Премьера балета с декорациями и костюмами Дали прошла с триумфом в Метрополитен-опера в Нью-Йорке в 1941 г. В центре панно – человек-гора, в грусти склонивший голову, как будто пытается разглядеть что-то под полом сцены. Через сквозной проем в его груди проглядывается пейзаж с кипарисами, напоминающий по духу «Остров мертвых» Беклина. Его торс обрамляет изображение любимых художником каталонских мест с мысом Креус. Именно под этой сценой похоронен гениальный творец театра-музея. Его гроб помещён в стене в маленьком тёмном помещении. На стене висит неприметная белая надгробная плита, которая гласит: «Salvador Dali Domenech Marques de Dali de Pubol 1904 - 1989». Дали был присвоен титул Маркиза дэ Пубол в 1982 году. Но это его не радовало, как другие щедрые награды и знаки признания (членство в Академии изящных искусств Франции, наивысшая награда Испании – Большой крест Изабеллы-католички, врученный королем Хуаном Карлосом и другие). В июне 1982 года умерла единственная женщина всей его жизни – Гала. От этой тяжелой утраты художник не смог оправиться до конца своих дней.

В этом же зале находится авторская копия на ткани картины «Галлюциногенный тореро», созданной в 1968-1970 годах. Это огромный холст, на котором «весь Дали в одной картине». Здесь представлена целая антология его образов, которые превращаются в нечто другое, чем видится на первый взгляд. Наверху полотна царит голова неподражаемой Гала, а сам Дали – это шестилетний мальчик в костюмчике моряка, из правого нижнего угла картины рассматривающий метаморфозы образов. Одно из центральных мест на ней занимает серия Венер Милосских, постепенно делающих разворот и меняющих половую принадлежность. А где же тореадор? И здесь нужно искать двойные образы: в обнаженном торсе второй справа Венеры можно разглядеть часть его лица. Правая грудь богини воспринимается как нос тореадора, тень на животе – как рот, а зеленая тень на ее драпировке – как галстук. Скалы слева скрывают одновременно и тореадорскую куртку, расшитую блестками, и голову покоренного быка.

Здесь собраны и другие экспонаты, малые по форме, которые могут составить резкий контраст произведениям огромных размеров. Например, в большой помпезной раме находится небольшая картина «Призрак сексуальной привлекательности». Это один из первых его сюрреалистических опытов, отобразивший детское любопытство к теме сексуальности. Снова в правом нижнем углу картины мальчик Дали в матросском костюмчике вглядывается в необычное и загадочное чудище, сущность которого не может постичь его детский разум. Этот эпизод изображен на фоне прекрасного пейзажа мыса Креус, выполненного в реалистическом стиле.

Посетители поднимаются в комнату-иллюзию, созданную по картине Дали «Лицо Мэй Уэст, использованное в качестве сюрреалистической комнаты». Открывается необычная трёхмерная инсталляция, изображающая лицо актрисы, но вблизи можно разглядеть только отдельные элементы. Ее лицо обрамляет гигантский парик, который вошёл в книгу рекордов Гиннеса, изготовленный известным американским парикмахером Льюисом Льонгерасом. Глаза актрисы изображают фотографии картин с видами Парижа, нос представлен камином с поленьями, переносица определена композицией из веера со старинными часами-ходиками, двумя кувшинами, статуэткой Венеры Милосской, шеей жирафа и выдвижными ящиками, а губы – знаменитым красным диваном. Идею дивана-губ Дали реализовал еще в 1937 году. Такой диван был выставлен в парижском магазине, который принадлежал дизайнеру и другу Сальвадоре Эльзе Скиапарелли. Чтобы лицо актрисы выглядело целостно и ожило, нужно взойти по ступенькам к скульптуре верблюда и посмотреть в линзу, подвешенную к его животу.

Остановимся в одном из наиболее значимых для Дали залов – в зале «Дворец ветра», где в подростковом возрасте состоялась его первая выставка картин. Название он получил от одноименной поэмы, сюжет которой – легенда о восточном ветре, полюбившем прекрасную девушку. Она вышла замуж и стала жить на западе, поэтому ветер не мог к ней приблизиться. Его путь – на восток, и он устилает его слезами горечи. Этот сюжет очень импонировал художнику-мистику и он дополнил его своим необычным виденьем.

ceiling ceiling

Потолок этого зала украшает великолепная роспись, таящая в себе, по мнению художника, парадоксы и обобщающая элементы образной системы Дали. Зрителям, поднявшим взоры, кажется, что они видят облака, небо и уплывающие ввысь фигуры Дали и Гала. Парадокс заключается в том, что в действительности художник вместо неба нарисовал землю, а вместо земли – море, изгиб залива Розас. В центр потолка, там, где предположительно должно находиться солнце, опускается синева ночи, а из нее, как из таинственной тьмы человеческого подсознания, всплывает подводная лодка. По краям этого панно расположены фрагменты наиболее значимых работ Дали.

«Дворец ветров» служил жилищем художника, в котором он обитал с 1983 года до своей смерти 23 января 1989 г. Слева находилась мастерская, справа – спальня, в центре зала располагались его работы.

В спальне Дали взор сразу застывает на гобелене с его знаменитой картины «Постоянство памяти». Эта картина, написанная в 1931 г., годом позже была приобретена нью-йоркским Музеем современного искусства. В «Тайной жизни Сальвадора Дали» описывается, как ему пришла идея изобразить часы «мягкими». Однажды вечером художник испытывал мигрень, и остался дома, а Гала отправилась в кинотеатр. После ужина очень вкусным сыром камембер, остатки которого таяли на тарелке, он размышлял «над тем, как «супермягок» плавленый сыр». Затем пошел в мастерскую взглянуть на незаконченную картину, беспокоившую его отсутствием какой-либо идеи. Это был «пейзаж окрестностей Порт-Льигата, скалы, будто бы озаренные неярким вечерним светом» и «обрубленный ствол безлистной маслины». Когда он уходил из мастерской, то «буквально «увидел» решение: две пары мягких часов, одни жалобно свисают с ветки маслины»... Через два часа картина была закончена. Дали так описал реакцию Гала, впервые увидевшую это полотно: «Я пристально следил за лицом Гала и увидел, как её удивление переходит в восхищение. Это меня убедило, что новый образ производит впечатление, ведь Гала всегда безошибочно определяла настоящую загадку. Я спросил её:
  – Думаешь, через три года ты вспомнишь эту картину?
  – Стоит её раз увидеть, и уже не забудешь, - ответила с восторгом Гала».

В Зале «Ложа» располагаются экспонаты, таящие оптические трюки – анаморфозу, стереоскопические и голографические эффекты. Эти творения – результаты экспериментов Дали, проводимые в 70-х годах с художественной целью. В этом он тоже был новатором, и ради результатов сотрудничал с лауреатом Нобелевской премии по физике Денисом Габором. Голограммы в 1972 году демонстрировались в галерее Кнедлер в Нью-Йорке, а позже стали достоянием музея. Среди них есть двойные спектроскопические картины, на которых изображена обнаженная Гала, а фоном служат картины Клода Лорэна и картины Дали.

А вот зал Темпьетто Браманте. Эта комната заполнена пугающей темнотой и таинственностью. В ее центре расположена необычная инсталляция. Макушка представляет собой раскладную стеклянную перегородку внушительных размеров, состоящую из 36 квадратов из материала метакрилата. Ее назначение двояко – отделять зону партера от сцены, и в то же время создать атмосферу превращения музея в «святую кибернетическую капеллу». Ведь под инсталляцией находится так называемая «Кибернетическая принцесса». Это погребальная одежда, созданная из печатных микросхем. Она олицетворяет костюм обнаруженной в 1968 году китайской принцессы Доу Вань (захоронение II в. до н. э.), выполненный из соединенных квадратных пластинок нефрита.

jewelry jewelry

И, наконец, мы подходим к выставке ювелирных украшений, демонстрирующихся в затемненных комнатах. В 1999 году Фонд «Гала-Сальвадор Дали» приобрел эту коллекцию произведений художника, созданных в период с 1941 по 1970 год, а также несколько ювелирных изделий, изготовленных по эскизам Дали уже после его смерти. Жемчужина этого комплекса – ювелирная коллекция, созданная Дали для Оуэна Читхема из 36 ювелирных изделий. Это оригинальные произведения из жемчуга, рубинов, сапфиров, золота и бриллиантов, а также 27 эскизов на бумаге, среди которых – «Апофеоз доллара», написанный маслом в 1965 году.

Здесь гений живописца объединился с гением скульптура и ювелира. Об этой коллекции Сальвадор Дали писал так: «Украшенные драгоценностями работы созданы, чтобы услаждать взор, поднимать дух, пробуждать воображение и выражать убеждения. Без публики, без присутствия зрителей эти драгоценности не выполнят своего предназначения. Таким образом, зритель становится окончательным творцом. Его взгляд, его сердце, его ум, сливающиеся воедино, и с большим или меньшим пониманием улавливающие намерение создателя, дают им жизнь». Вот почему без зрителей эти экспонаты тускнеют, хотя ювелирные изделия стали произведениями искусства, и изначально не предназначались для ношения.

Тематика ювелирных изделий очень разнообразна, она отражает периоды увлечения художника различными стилям и техниками, и как все произведения Дали, символична. Здесь присутствуют наиболее впечатляющие экспонаты: мягкие часы, а также брошь «Постоянства памяти» (1949 г.) и образ глаза «Око времени» (1949 г.), увековечивающие ход времени; «Телефонные серьги» (1949 г.) и «Космический слон» (1961 г.), отражающие быстротечность технического прогресса. Вот тревожащее душу натуральностью «Королевское сердце» (1953 г.), механизм которого способен биться, как ритмично сокращается живое человеческое сердце. Это главный экспонат выставки, для изготовления которого понадобилось 46 рубинов, 42 бриллианта и 4 изумруда.

jewelry jewelry

Дали через ювелирные работы выразил свое отношение к различным сторонам жизни и культуры: к религии – в кресте «Свет Христа» (1953 г.), к мифологии – в изделии «Дафна и Аполлон» (1953 г.), к всемирной литературе – в «Офелии» (1953 г.), к балету – в работе «Лебединое озеро» (1959 г.), к народной поэзии – в «Рубиновых губах» (1949 г.). Не изменил Дали и принципу двойного образа – в подвеске «Древо жизни» (1949 г.) угадывается также женское лицо.

Можно долго еще рассматривать ювелирные изделия, вернуться к картинам и инсталляциям маэстро, вновь обойти весь музей, чтобы более целостно воспринять этот шедевр. Во всем чувствуется, что это живой организм, он живет и развивается. Поскольку Дали завещал свое творческое наследие не Каталонии, а Испании, после его смерти значительная часть работ разошлась по частным коллекциям. Сейчас каталонские власти и волонтеры прилагают усилия по розыску и выкупу произведений. Многие уже заняли свое место в Театре-Музее.

Мы покидаем музей и прощаемся с последним грандиозным шедевром гения. Кто-то убедился в своей любви к всемирно признанному таланту и его искусству, а кто-то не воспринимает его фарс и гротеск, отраженный как в произведениях, так и в жизни. Но каждый, кто побывал в музее Дали, отдает ему должное: да, это – гений! И этот человек постоянно подтверждал и продолжает подтверждать собственные слова: «Если начнешь играть гения, то непременно им станешь!»

Светлана Барвинок, 17 апреля 2018.